Разнообразие норвежского свитера • All-knitted.ru

Разнообразие норвежского свитера

Вязание известно в Норвегии несколько сотен лет, но хорошо знакомые нам цветные свитера с замысловатыми узорами – сравнительно недавняя инновация. Вязание из разноцветной пряжи пришло в норвежскую моду в нескольких изолированных местах только в середине 19-го века и быстро распространилось, став почти норвежским национальным костюмом.

Вязание — почтенное искусство, появившееся вслед за прядением и ткачеством. Большинство историков текстиля сегодня сходятся в том, что вязание самое молодое из всех базовых текстильных техник. Главные вопросы — время, когда оно зародилось и методы, которые использовались, чтобы сконструировать древнее полотно. Некоторые техники и определенные виды вышивки могут выглядеть вполне как вязание, и запутать даже экспертов.

Многие авторы ссылаются на фрагмент, датируемый 200 г.н.э. Они описывают его конструкцию как вязание скрещенными петлями. Великолепные образцы текстиля этого типа были найдены в очень далеких друг от друга уголках мира, таких как Перу и Северная Европа. Однако технологический анализ этих вещей показал, что они созданы в безузелковой сетчатой технике.  Сегодня похожие техники называются «налбиндинг» и практикуются в некоторых скандинавских странах.

Анализ древнего датского вязаного фрагмента показал, что он создан таким же способом, хотя раньше его считали вязаным. Техники эти разные. Тогда как вязание представляет собой создание полотна путем производства эластичных рядов петель из нити неограниченной длины с использованием двух или более спиц, в налбиндинге используется одна игла с нитью ограниченной длины, а ряды медленно наращиваются путем создания круговых петель.

Разница между вязаным и безузелковым полотном характеризовалась финской пословицей: «Кто носит вязаные варежки, тот имеет неумелую жену». Эта дифференциация пришла из страны, где использовались обе эти техники.

Безузелковое плетение более времязатратно, чем вязание, и требуется большая проворность пальцев левой руки. К тому же использовалась нить ограниченной длины, поэтому соединять нити требовалось многократно. Эта техника все еще используется в некоторых странах. Но экономические и технологические причины вытеснили ее с рынка, из-за массового спроса на эластичные вязаные предметы она исчезла даже из домашнего использования.

Старейший вязаный фрагмент, найденный в Норвегии, был обнаружен в Бергене в захоронении, датируемом 1500 годом, и предположительно был импортным. Это была чулочная гладь, связанная из шерсти и свалянная, где она была произведена и кому принадлежала, неизвестно.

Вязаные шляпы в стиле рисунков Гольбейна, и популярные в Европе в первой половине 16-го века, были найдены около Трондхейма на Севере Норвегии, они относятся к 1575 году.

Шляпники красили вязаное полотно растительными красителями и сваливали его энергичным битьем. Шляпы затем натягивались на форму, расчесывались, чтобы поднять ворс, и подстригались, чтобы сделать поверхность гладкой, мягкой и бархатистой. По всей Европе сохранилось много подобных головных уборов, в музее Лондона хранится такая маленькая темно синяя детская шапка, которая выглядит как новая.

Первый норвежский документ, в котором упоминается вязание — это  инвентаризационная опись 1566 года, найденная в Бергене. В ней указана одна пара старых поношенных вязаных шерстяных носков с Фарерских островов. Опись из Осло 1594 года включает в себя четыре пары чулок: кожаные, тканевые и две пары вязаных. Вязаные были профессионально сделаны и возможно, были импортными.

Старинные записи 1630 года показывают, что вязание было известно в норвежских прибрежных областях Рогаланда и Тронделаг.  В течение следующих двух веков вязание распространилось на большую часть страны. Импортный реестр включает вязание, начиная с 18-го века.

Ганзейский город Берген был долгое время главным торговым центром Норвегии, здесь можно было найти редкие и дорогие товары, такие как шелковые чулки и вязаные  вышитые шелком рубашки. Продавалась и простая ежедневная одежда. Шерстяные свитера, шапки,  носки и варежки поступали из всех городов Европы.

Надо заметить, что изначально вязание было тесно связано с низкими социальными слоями. Около 1600 года в Бергене была основана школа вязания, чтобы создать источник дохода для нищих и сирот. В судебных документах 1634 года упоминается заключенная женской тюрьмы, обвиняемая в бродяжничестве и колдовстве. Судя по записям, она вязала носки, чтобы заработать на еду и ночлег. Позднее умение вязать стало даже модным, кроме того, оно экономило много денег, т.к. в противном случае нужно было покупать привозной свитер из Англии.

Несколько вещей 16-17 веков дошли до сегодняшних дней. Помимо шелковых вязаных чулок, изготавливалась другая группа роскошных вязаных изделий из шелка — это рубашки ярких цветов, богато украшенные серебром и золотом. Всего сохранилось около 40-50 вязаных шелковых рубашек, большинство из них в музейных коллекциях Европы. Они датируются периодом 1590-1650, судя по известной моде того времени и используемым рисункам. В Скандинавии сохранившиеся предметы хранятся в королевских коллекциях и нескольких музейных собраниях. Условно их можно разделить на две группы: парчовые и дамасковые.

Самые многочисленные — рубашки двух или нескольких цветов. По меньшей мере 35 таких рубашек, их частей или фрагментов, сохранилось в коллекциях по всему миру. Они связаны чулочной гладью крупным цветочным узором золотыми или серебряными нитями. Используемая техника называется термином brocade-knitting — парчовое вязание. Мы сегодня называем его жаккардовым вязанием.

Здесь при вязании разными цветами нерабочая нить протягивается по изнанке до следующего мотива, как в ткачестве парчи, создавая на изнаночной стороне размытый негатив узора. Такие рубашки найдены в коллекциях костюмов в Англии и Европе. Они часто отсылают нас к флорентийским или итальянским образцам.

Уникальные археологические находки этого типа найдены в кафедральном соборе в Роскильде, Дания. Здесь шелковая парчовая рубашка находилась в захоронении двухлетнего датского принца Фредерика Христиана (1627)  и его трехмесячной сестры Марии Катрины (1628), оба — дети короля Дании-Норвегии Христиана IV и его жены Кирстен Мунк. Рубашки были взрослого размера, возможно, отца или матери. Исключая одну в коллекции  Nordiska Museet в Стокгольме, эти две рубашки – единственные сохранившиеся в Скандинавии.

Они хранятся сегодня в Национальном музее Дании, но их фото мне, к сожалению, найти не удалось. На фото выше — похожая вещь того времени, которая находится в музее Виктории и Альберта в Лондоне.

Парчовые рубашки вязались с протяжками из свободно скрученного шелкового волокна, часто ярких цветов – кораллового, зеленого, синего или желтого. Блестящие нити состояли из металлической проволоки, обкрученной вокруг шелковой основы, белый шелк для серебряной нити и желтый — для золотой. Металл не полностью покрывал шелковую нить. Это давало новому вязаному полотну блеск, пока металл не окислялся и не тускнел.

Большинство из них связаны крупным цветочным узором, некоторые имеют более мелкие узоры на окантовке низа и рукавов, иногда узкие узоры имитируют тесьму. На чулочной глади узор и фон должны различаться по цвету. Некоторые имеют мотивы, очерченные контуром другого цвета шириной в одну петлю, и внутреннее пространство, заполненное изнаночными.

Рубашки имеют расширяющийся подол, на некоторых он оформлен плетенкой из лицевых и изнаночных. Некоторые имеют подкладку из льна. Вероятно, подавляющее большинство вязаных рубашек были на подкладке, в противном случае протяжки на изнаночной стороне могли цепляться и путаться во время носки. Стиль узоров похож на тканое полотно конца 16 — начала 17 века.

Другой тип вязаных шелковых рубашек — однотонные, с рисунком из изнаночных петель на лицевом фоне: техника называется damask-knitting, потому что узор виден, когда свет по разному отражается на лицевых и изнаночных петлях, точно как эффект тканого дамаска.

Это экспонат Nasjonalmuseet в Осло, Норвегия
Это экспонат Nasjonalmuseet в Осло, Норвегия

Этот тип найден в Северной Европе, по одному экземпляру в Англии и Шотландии, остальные в Скандинавии. Все, кроме английского, связаны повторяющимся узором из восьмиконечных звезд в сетке из ромбов. Фрагменты такой рубашки были найдены в капитанском сундуке в останках затонувшего шведского военного корабля недалеко от Кальмара в Швеции.

Дамасковые вязаные рубашки связаны из такого же типа свободно скрученного шелка, как и в парчовых рубашках, но цветовые сочетания гораздо скромнее, пара ярко зеленых, из остальных половина светло синих, другая половина темно или ярко красных.

На первый взгляд, они похожей формы и узора, хотя не идентичны. Некоторые имеют широкую кайму, такую же , как и на парчовых рубашках. Кайма связана другим узором, чем основное полотно. Рукава сужаются к манжете и расширяются кверху.  Большинство из них имеют кокетку с узором, заканчивающуюся под руками, что создает впечатление завышенной талии. Некоторые связаны по кругу, тогда как другие связаны отдельными деталями и сшиты.

Рубашки, связанные по кругу, имеют линию из двух изнаночных по бокам. На рукавах, где должен быть шов, убавления делаются с обеих сторон от ложного шва. Они все связаны целиком с разрезом спереди. Все из известных однотонных дамасковых рубашек  имеют узор из изнаночных звезд и ромбов, кроме одной в Лондоне, принадлежащей королю Карлу I , в которой он был казнен. Большинство вышиты золотом и серебром спереди, вокруг разреза и на манжетах.

Это экспонат Norsk Folkemuseum в Осло, Норвегия
Это экспонат Norsk Folkemuseum в Осло, Норвегия

Настоящий шедевр трикотажа этого типа хранится сейчас в Лондонском музее Виктории и Альберта. Это нижняя юбка, произведена в Голландии примерно в 1700-1750 г. из тонкой шерсти цвета слоновой кости.

Длина юбки — 76 см, ширина в самом широком месте — 305 см! Она связана без швов, по кругу, узор из лицевых и изнаночных изображает  реальных и фантастических животных, птиц, насекомых, растения, узор нигде не повторяется!

У всех животных вывязаны глазки дырочками. Плотность вязания — 22 петли на дюйм (2,5 см), количество петель в самом широком месте — 2 650! Известен единственный подобный аналог, проданный на аукционе Кристи в 1981 г., больше ничего похожего нигде не встречается.

Возвращаемся к шелковым рубашкам. Оба варианта, как парчовый, так и дамасковый, одинаково удобны, сделаны из эластичного вязаного полотна, простые по форме, но из эксклюзивных материалов. Учитывая относительно большое количество сохранившегося, они были очень популярны.

Датская традиция вязальных вечеров впервые упоминается с 1727 года. Вязание было возведено в ранг женского салонного рукоделия.

В гостиных собирались дамы и под вязание рассказывали истории и последние новости. Женщины вязали для аукционов и благотворительных базаров, а также небольшие вещи для миссионеров, распространяемые в разных странах. Миссионерские общества насчитывали более 87500 членов в Норвегии в 1905 году. Тогда как бедняки поддерживали вязанием свои семьи, женщины из высших слоев могли вязать для благотворительности и миссионерства.

Первой скандинавской книгой с инструкциями был «Учебник вязания для школьного и домашнего использования», написанный в 1846 году Сине Андерсен, учительницей из Дании. Умение вязать для девочек было частью приличного воспитания. Первая норвежская вязальная учебная книга «Домашние рукоделия как школьный предмет» Марие Росинг, была опубликована в 1880 году.

В 1800-х вязание было обязательным предметом в норвежских школах и даже сегодня норвежские дети учатся вязать в начальной школе.

Все побережье славилось производством разнообразных цветных свитеров. Некоторые демонстрировали отличительные детали и узоры, которые подразумевали долгую местную традицию, другие наоборот, какое-нибудь влияние издалека, например, с Балтики.

Классические свитера с момента их появления в Норвегии в 17-м веке разбились на три стиля: Фана-свитер, Сэльбу-свитер и Сетесдальский свитер, известный также как Lusekofta. Эти три стиля похожи по своей конструкции и по использованию пряжи двух цветов.

Фана, южный пригород Бергена, дала свое имя Фана-свитеру, одному из наиболее популярных вещей в Норвегии. Свитер или кардиган был первоначально частью традиционного мужского костюма в Фане и произошел от ежедневной нижней одежды, которая носилась под жилет и заправлялась в брюки. Этот свитер был узкий, в обтяжку, имел прорезь на шее и манжеты, которые могли застегиваться на пуговицы, как на рубашке. Старые фотографии показывают, что такие свитера носили в 1870 году.

Считается, что фана-свитер стал кардиганом с разрезанным передом и пуговицами примерно в 1900 году. Иногда пуговицами служили старые монеты, дошедшие со времен Кристиана IV (1588-1648). Использовалась тонкая пряжа натурального черного или коричневого и белого цветов и вязалась по кругу на спицах 1,5. Традиционно сложилась определенная комбинация узоров — крупные звезды на кокетке и верхней части рукавов, основное полотно в узкую полоску с контрастными точками, и низ из мелких квадратов. Обычно свитер длиной до талии имел спущенное плечо, которое было настолько спущенным, что рукава можно было вязать короче. Вырез горловины был вырезан и обработан тканой тесьмой. Любимой тесьмой были красные сердечки на белом фоне. Вырез горловины был квадратный и с хлопковой подкладкой.

Стиль и покрой, особенно горловины, изменялся, особенно с началом независимости в 1905 году. Фана был безусловно популярной лыжной одеждой. Детские свитера вязались обычно красно-белыми или сине-белыми.

Когда Германия оккупировала Норвегию во Второй мировой войне, свитер стал символом национальной солидарности в округе Бергена.

Со свитером Сэльбу мы уже немного знакомы, его отличительные черты — черно-белый узор, густо покрывающий весь свитер.

Если вы хотите представить квинтэссенцию скандинавского свитера, то это будет черный фон с белыми точками на корпусе и рукавах, черно-белый узор из ромбов и полос на груди, а также черная вышитая ткань, которая окаймляет горловину и иногда  манжеты и застегивается на  оловянные застежки. Это норвежский свитер Lusekofta.

Сетесдал — длинная живописная, довольно изолированная долина на юге Норвегии.  Здесь свитера с белыми точками известны с 1840 года, и они до сих пор сохранились в народном костюме Сетесдаля. Сегодня они известны как Сетесдальский свитер, а в Швеции — как норвежская lusekofta, что означает «вшивая кофта». Это название появилось от узора в мелкую белую точку, сплошь  покрывающую основную площадь свитера.

 

 

Свитера были простой прямоугольной формы со спущенными плечами, вязались белым узором по черному фону и имели  белый нижний край. Старые свитера часто имели боковые швы и ластовицы на рукавах – детали, привнесенные из шитых рубашек. Вырез горловины и рукава окантовывались темной, чаще черной или зеленой, шерстяной тканью, богато украшенной вышивкой.

 

Завершали наряд декоративные оловянные или серебряные застежки. Нити для вышивки были фабричные, из мягкой свободно скрученной шерсти. Ранние свитера были очень просто украшены, позже декор становился более цветным и ярким.

 

Традиционно, мужчины носили свитера, заправленные в черные суконные брюки с подтяжками. Как брюки столяра, они имели спереди нагрудник и укрепленное сидение из козлиной кожи. Нижний край свитера, который полностью спрятан поясом брюк, всегда вязался белой гладью, не было причин использовать дорогую крашенную шерсть, если ее никто не увидит. Белая шерсть никогда не использовалась на видном месте — было стыдно признать свою нищету и отсутствие мастерства.

 

Но край, который выглядывал, был декорирован мелким черным узором на белом фоне, часто в виде звезд. Поэтому вязальщицы традиционного сетесдальского свитера были бы в шоке, увидев свитер навыпуск с белой нижней частью. Сверху носился короткий жилет с тяжелыми серебряными украшениями.

 

Позже некоторые свитера стали разрезать, чтобы получился кардиган. Борта отделывались вышивкой по всему переду и застегивались на застежки. Свитера стали приемлемой формальной одеждой и могли носиться вместо жакета.

 

Немного из истории Люсекофты стало известно благодаря дизайнеру текстиля и преподавателю ткачества Аннемор Сундбе, которая в 1990 году купила маленькую фабрику Torridal Tweed Fabrik. Фабрика производила продукцию из переработанной шерсти. С покупкой фабрики она унаследовала запас из 16 тонн шерстяных лоскутов (в большинстве старые свитера, связанные вручную), которые должны были быть использованы для набивки шерстяных одеял и матрасов. Свитера пошли в измельчитель, который мог потреблять 20 кило в час. Многое из вязальной истории района пожрала эта машина.

Аннемор заинтересовалась запасом свитеров и начала сортировать и сохранять их, сначала вырезала узоры, затем сохраняла целые свитера.

 

С этого момента фабрика стала бесконечным источником исследований и знаний для Аннемор. По мере развития процесса она получила грант от Норвежского совета по культуре, чтобы выкопать среди огромной и растущей груды свитеров, каталогизировать и сохранить те, которые могут рассказать историю ручного вязания региона. Она много путешествовала по музеям и архивам, собирала старые фотографии и иллюстрации. По результатам ее исследований написано несколько книг, как по истории Сетесдальского свитера, так и по норвежскому вязанию вообще. Она награждена многими наградами за ее вклад в развитие культуры: это несколько премий и медаль Ассоциации искусств и ремесел «За заслуги по сохранению и распространению культурных ценностей на национальном и международном уровнях» в 2004 году. Ее последняя книга получила в 2006 году премию по литературе. Сейчас она читает лекции за рубежом, обучает прядению, ткачеству и вязанию, публикует работы по норвежскому вязанию.

Свитера и кардиганы традиционно носились мужчинами в Сетесдале, как часть их нарядного национального костюма, или бюнада, который насчитывает 150 лет.

 

Тогда как народный костюм носили ежедневно, бюнад — это праздничная одежда. Бюнады в действительности относительно новый феномен. Они появились в конце 1800-х, в период национального романтизма, как  желание снова открыть и сохранить то, что осталось от норвежской традиционной культуры. К этому времени народный костюм уже не носили, городские жители одевались по европейской моде. В разных сельских областях либо создавали новые бюнады, либо воссоздавали старые на основе оставшихся, даже используя старые рисунки и иллюстрации.

Здесь нужно внести небольшую историческую справку. Возможно, Норвегия пережила свой расцвет в период викингов, державших в страхе все окрестные страны и делающих набеги даже на далеко расположенные государства. Позже, чтобы противостоять экспансии немецких государств в 1398 г. была основана датско-шведско-норвежская уния, возглавляемая датским королем. Хотя формально государства имели независимость, влияние Дании было очень велико во всех областях. Спустя некоторое время Швеция вышла из союза, однако уния между Данией и Норвегией продолжалась вплоть до 1814 года.

В начале XIX в. на полях Европы гремели сражения. Одна из крупнейших войн того времени велась между Англией и Францией. Дания-Норвегия выступила на стороне Франции. И когда Франция проиграла войну, король Дании был вынужден уступить Норвегию Швеции, которая стояла на стороне победительницы — Англии. Норвежцы ожидали, что после распада союза с Данией их страна станет независимым государством, но Норвегия была вынуждена присоединиться к Швеции, и в ноябре 1814 г. шведско-норвежская уния стала фактом. Союз со Швецией был более свободным, чем предыдущий союз с Данией, тем не менее это не было полной независимостью.

В середине XIX века сложилось направление, получившее название национального романтизма. Для последователей этого направления важным было выделение национальных особенностей, их возвеличивание и приукрашивание. В Норвегии особенно подчеркивалась красота природы, а крестьянский уклад считался «типично норвежским» укладом жизни.

Национальный романтизм находил свое выражение и в литературе, и в изобразительном искусстве, и в музыке.

Картины художника Johan Christian Dahl
Картины художника Johan Christian Dahl
Картины художника Axel Ender
Картины художника Axel Ender

В этот период норвежцы все сильнее начали осознавать свою национальную самобытность. У многих стало расти чувство гордости за принадлежность к Норвегии и, как результат этого, сильное желание, чтобы их страна обрела независимость. К реальной независимости Норвегия пришла только в 1905 году.

Поэтому становится понятно, почему норвежцы с такой страстью и рвением создавали и развивали все, связанное с национальным, самобытным, традиционным. Долгие века чужого влияния не давали проявиться этому раньше. Даже сегодня в Норвегии два официальных языка — bokmal  (букмол, «книжный») и nynorsk (нюношк, «новый норвежский»). Букмол представляет из себя практически датский язык, новонорвежский основан на сохранившихся местных диалектах. Хотя оба языка являются официальными, нюношк используют всего 10-12 % населения. Таков результат многовекового датского влияния.

Сельская народная культура стала более ценной и модной. Народный костюм стал популярной темой среди художников, в моду вошли театры и танцевальные представления с героями, одетыми в национальный костюм, организовывались выставки, и даже королевские особы изображались в сельском платье. Именно в это время и появился бюнад, нарядная национальная одежда, имеющая старинные корни, и измененная в соответствии с новыми течениями.

Существуют сотни разных местных бюнадов, как мужских, так и женских. Порой один бюнад используется по всему району, в других случаях каждая долина может иметь несколько разных бюнадов.

 

Предметы традиционных ремесел, включая вязание, были очень популярными.  В 1910 году был основан Husflid, норвежская Ассоциация народного искусства и ремесел, чтобы защитить и сохранить традиции.

В 1920-х норвежские дизайнеры старались внести что-то новое в вязальную традицию Норвегии, но и традиционные узоры никогда не исчезали и по праву стали классикой. После Второй мировой войны в Норвегии произошел  массовый вязальный подъем.

Еще в период индустриализации начали работу многочисленные шерстопрядильные фабрики. Одной из крупнейших до сегодняшних дней является Dale of Norway. Она была основана в 1879 году Петером Йебсеном, который, имея многолетний опыт в текстильной промышленности, счел городок Дале идеальным местом для размещения ткацкой фабрики премиум-класса благодаря природному энергетическому потенциалу долины и шаговой доступности шерсти.

 

Принципом команды дизайнеров стало поддержание традиций, поэтому они часто обращаются к старинным норвежским узорам, мотивам норвежской природы, народным костюмам.

Если классические свитера Фана и Сэльбу не претерпели значительных изменений, то Сетесдальский свитер получил дальнейшее развитие, став прототипом для многих других свитеров. В 1953 году норвежский дизайнер Unn Soland Dale  использовала старый узор из Сетесдаля как отправную точку для свитера, который стал одним из норвежских бестселлеров — Мариус.

 

В 60-70 е годы  ручное вязание переживало настоящий бум, и готовые описания для вязания свитеров выпускались огромными тиражами, их печатали не только производители пряжи, чтобы увеличить ее продажи, но и Хусфлиды в каждом регионе, чтобы стимулировать интерес к традиционному рукоделию. Многие узоры были довольно просты, другие же – усложняли традиционные и были очень декоративны.

Я не зря здесь рассказывала о разнообразии народного костюма, это не лирическое отступление. Именно в нем многие дизайнеры находили новые идеи.

 

Народный костюм оказался просто кладезем, разнообразие было бесконечным.

 

Свитера назывались по имени районов, многие из них со старыми традиционными узорами, стали популярны. Например, район Восс отличался узором в клетку.

 

Восс расположен в районе Хордаланд. Не догадываетесь, откуда могли взяться эти клеточки? Это же вышивка Хардангер, которая использовалась для украшения передников национального костюма!

 

При том, что конструкция свитера оставалась классической, узоры становились более замысловатыми. Бейки горловины иногда вместо безликой резинки имели отдельный узор, имитирующий вышивку или тесьму. И эта идея тоже пришла из национального костюма.

 

Кардиганы с застежками редко застегивались на обычные пуговицы.

 

Бюнады включают в себя не только одежду, но и многочисленные аксессуары, в том числе серебряные украшения. Полный комплект  очень разнообразен — цепочки, подвески, застежки, запонки, броши и даже фермуары для сумочки. Именно отсюда пришли эти замечательные застежки в вязаную одежду.

 

Dale of Norway создала свой первый лыжный свитер для норвежской сборной для Олимпиады в Кортине д’Ампеццо в 1956 году и по сей день является официальным поставщиком Норвежской лыжной ассоциации, разрабатывая новые свитера для каждой Зимней Олимпиады и Чемпионата мира. Согласитесь, это нечто большее, чем просто спортивная одежда.

 

Любовь и уважение к традиции прививается в Норвегии с детства. Кто из нас не любил таких бумажных кукол и не одевал их в бумажные же одежки. Вот так ненавязчиво норвежским детям прививаются знания и интерес к народному костюму.

 

Самый большой праздник в Норвегии — это день Конституции 17 мая. Это удачный повод нарядиться, показать свою принадлежность к какому-то региону и продемонстрировать красивый наряд. Вызывает уважение, что в государственной политике отводится так много места для сохранения и популяризации по всему миру национального традиционного рукоделия.  Как бы то ни было, ручное вязание как хобби пользуется возрастающей популярностью в последние годы и местные сообщества ремесленников продолжают записывать в группы для вязания.